АБХАЗИЯ НАЧИНАЛА ВОЙНУ ИМЕЯ Интернет йота в Подмосковье. . БТРа и 1 БМП
Абхазия начинала войну, имея 2 БТРа и 1 БМП. Летчик у них был один, квалифицированных артиллеристов вообще не было. Через месяц, 1 октября 1992 года,
они штурмовали Гагры с множеством танков, гаубиц и БМП. Личный уполномоченный Президента России в зоне грузино-абхазского конфликта Борис Николаевич Пастухов в тот же день в приватной беседе поведал о том, что у абхазов уже появились установки “игла” и “град”. На вопрос “откуда?” Пастухов ответствовал, что это — не проблема, были бы деньги”.
“Откуда они взяли деньги? Мы же знаем бюджет Абхазии, там не было перед войной ни копейки”.
“Верховный Совет России принял 25 сентября 1992 года заявление, в котором высказывал полную поддержку Абхазии. Ельцин никак не отреагировал. Шеварднадзе прилетел в Москву, встретился с Президентом, который в ходе беседы подтвердил, что признает территориальную целостность Грузии. Чуть позже мы узнали, что в тот же самый день председатель Совета Безопасности Юрий Скоков там же, в Кремле, встречался с Владиславом Ардзинбой. Очень скоро, и вряд ли это можно считать случайным совпадением, у абхазов появились оружие, тяжелая техника, деньги”.
“Россия предоставила Абхазии кредит на 14 миллиардов рублей. В Москве даже был открыт специальный банк”.
“Я сам артиллерист, я прекрасно знаю, что такое “плотность огня”. Во время штурма Сухуми по периметру Синопской горы гранатометы стояли через каждые десять метров. Там все было сделано по “первому классу”, тщательно спланировано, организовано — как в учебнике. У абхазов нет специалистов такого уровня, и подготовить их так быстро они не могли. Приглашали русских спецов, платили им, они выполняли задание и уезжали”.
“Многие защитники Сухуми видели в дни штурма в городе русских военных — в титановых касках, с полной боевой выкладкой, с нашивками “ДШБ” на груди”.
А какие интересные люди воевали на абхазской стороне!
Из протокола допроса: “Полковник в отставке Борис Юрьевич Акулиничев, уроженец Борисоглебска, 27 лет прослужил в рядах Советской Армии, воевал в Анголе, Сирии, Афганистане. Кличка Акула;
Михаил Бондаренко, капитан Российских ВДВ, кличка Бондарь и Гуляй-поле. Готовил людей для работы на боевых машинах и рукопашного боя. Непосредственно руководил штурмом Сухуми на некоторых направлениях;
Игорь Лунев, клички Русак и Мелота, уроженец Санкт-Петербурга, член Русского Легиона, доставил в Зугдиди 32 наемника — русских, чеченцев, адыгейцев (в Зугдиди находился штаб звиадистов);
Майор Геннадий Колодин, кличка Колода, уроженец Вятки, спецназовец. В его группе были боевики, бежавшие из дисбата; версия для печати
Снайпер Марина Козина, кличка Людоедка;
Олег Тиницкий, уроженец Саранска, кличка Одноглазый, Сильвер. Глаз потерял в боях за Приднестровье”.
Из протокола: “Пленный Валерий Дмитриевич Заботин, уроженец Смоленской обл., на допросе показал, что соглашение от 27 июля, по которому 
предусматривался вывод всех добровольческих отрядов и формирований Конфедерации народов Кавказа, осталось на бумаге. По приказу начальника Генштаба ВС Абхазии генерал-майора Дбара в обход соглашений были оставлены и спрятаны на позициях отдельные казачьи части Олега Петрова, первая Кубанская сотня атамана Николая Гусько, батальон и сводный полк Конфедерации народов Кавказа. Все эти части курировал полковник ВДВ России Анатолий Сидоренко. Основная часть артиллерии была также оставлена и спрятана на позициях”. “Капитан ВДВ России Николаев подтвердил показания Заботина. По заявлению Николаева, было обещано по две тысячи долларов за каждую операцию, но денег этих он не получал”. (на фотографии: доверчивые грузины выводят войска)
Перечисление подобного рода свидетельств и высказываний может растянуться на несколько страниц, но вряд ли в этом есть необходимость — российские корни сил, непосредственно участвующих в грузино-абхазском конфликте, сомнений не вызывают.
Осталось выяснить, что же это за “силы” такие? Первое, что приходит на ум, — по-видимому, таким образом проводится внешняя политика России, нацеленная на расширение сфер влияния и укрепление в Черноморском регионе. Нам же нужны морские порты! Как сказал в апреле 1993 г. Павел Грачев, “уйти из Батуми значит уйти из района Черного моря — это не в стратегических интересах России”. При этом задача “закрепиться в регионе”, похоже, 
понимается однозначно — ввести туда как можно больше российских войск, что легче всего сделать в стране, охваченной войной. Гражданской, межэтнической, межнациональной — все равно, лишь бы не затухал ее уголек. Угольки следует заботливо подкладывать в места, намеченные для “закрепления”, и использовать местное легковоспламеняющееся топливо для окончательного разжигания пожара. (на фотографии: абхазские и чеченские боевики сорвали перемирие и уничтожили город Сухуми.)
При такой трактовке событий напрашивается один-единственный вывод: если руководство страны добивается реализации государственных интересов путем военного вмешательства во внутренние дела другого суверенного государства, то такое руководство преступно, поскольку оно нарушает нормы международного права.